Женские истории второй мировой: единственная женщина-морпех с Николаевщины

Вторник, 10 мая, 2016 10:08
евдокия

К 71-й годовщине Победы над немецко-фашистскими захватчиками Украинский институт национальной памяти подготовил рубрику о наших соотечественниках, которые внесли свой вклад в победу. Один из таких воинов – единственная женщина-морпех во время войны с Николаевщины.

Евдокия Николаевна Завалий — единственная женщина, которая в годы немецко-советской войны командовала взводом морских пехотинцев, информация содержится во многих справочных изданиях, посвященных знаменитым украинцам. Узнать о ней можно из специальной историко-публицистической литературы, из прессы и интернета. Начиная с середины 1970-х годов с ее личными фотодокументальными материалами имели возможность ознакомиться миллионы посетителей Национального музея истории Украины во Второй мировой войне на различных экспозиционных выставочных проектах.

Уже прошло почти шесть лет, как Евдокия Николаевна ушла из жизни (умерла 5 мая 2010). Информация о героической женщине вошла в сборник «Действующий флот». В очерке «Лейтенант Дуся» описывается бесстрашный двадцатилетний командир взвода автоматчиков 83-й бригады морской пехоты, «Украинка с Нового Буга, которая в армии работала бригадиром швейной мастерской в колхозе», которая широко стала известна не только в Военно-морском флоте.

Кроме описания героических поступков девушки, В.А. Рудный предоставил и вот такие сведения о начале ее боевого пути: «Дуся пошла на фронт семнадцатилетней, разумеется, добровольно, в первый же день войны. Она служила санитаркой в 96-м кавалерийском полку. При отступлении наших войск на юге Дуся участвовала в бою на берегу Днепра, переправлялась через реку вплавь и была тяжело ранена. Из госпиталя она попала в десантную бригаду». Именно так в течение не одного десятка послевоенных лет и рассказывала о себе Евдокия Николаевна: «1924 рождения», «96-й кавалерийский полк» «десантная бригада» … Именно эти данные содержатся в справочной карточке на Е.М.Завалий, хранящейся в Генеральному каталоге Национального музея истории Украины во Второй мировой войне (впервые составлена в 1977 году, доработана в 1987 году), а также фигурируют во всех современных справочных изданиях.

В последние годы своей жизни женщина успела поделиться воспоминаниями с  изданием «Николаевское землячество»: «Я совсем девчонкой на войну попала, еще и шестнадцати не прошло. Три раза бегала к военкому, а он мне все: «Молоко сначала подотрите!..». Но фронт приближался… Как сейчас помню тот день — 25 июля 1941 года. Выжженный солнцем степь в родной Николаевской области, колхозное поле, где мы с подругами спешили убрать урожай … Здесь мы видим на небе, прямо над нашим селом, появились черные пятна. Бригадир: «Парашютный десант». Мы бросились по домам. Вбежала во двор и услышала чей-то стон. Посмотрела в ту сторону и обомлела: молодой пограничник лежит в луже крови (у нас в селе тогда находился штаб пограничной части). Вбежала в дом, разорвала простыню, как могла перебинтовала … Смотрю — еще одного ранило, потом еще другое … Когда последняя часть оставляла Новый Буг, я уговорила командира взять меня с собой. Забежала домой за кофточкой и столкнулась с бабушкой. Увидев меня, бабушка кричала: «Ой, что ты делаешь! Золотко мое, вернись!». А потом неожиданно обняла меня, зашептала что-то и посмотрела в глаза: «Онучечко! Четыре раза будешь кровью стекать, но тебя принесут белые гуси …». И перекрестила. Как сказала, так и случилось. «Белые гуси» — это мое выздоровление после четырех ранений и двух контузий — с такими «трофеями» вернулась домой. Впервые ранило меня на Хортице, когда наш 96-й кавалерийский полк, где я служила санитаркой, принял тяжелый бой. Днепр пришлось форсировать вплавь, на плотах из подручных средств. Там и подоспел вражеский снаряд. Проникающее ранение в живот. Попала в госпиталь под Краснодаром (станица Курганская). Главврач осмотрел меня: «Ну все, девчонка, отвоевала. Получишь букв и дуй домой ». Ответила, как отрезала: «Мне некуда ехать. Отправляйте на фронт! ». Направили меня в запасной полк. А туда как раз «покупатели» из командования приехали набирать пополнение. Один из них, моряк, подозвал меня: «Гвардии старший сержант, покажите Ваши документы!». Раскрывает мой букв и зачитывает: «Старший сержант Завалий Евдоким.». Это так сократили мое имя в госпитале. «Так точно, товарищ командир! Завалий Евдоким Николаевич!» — «Предоставляю пятнадцать минут на сборы!». Он и не подозревал, что перед ним девушка. А я действительно ничем не отличалась среди юношей «ежик» с челкой после госпиталя (косу пришлось отрезать, чтобы вши не донимали). Выдали мне обмундирование и отправили в баню. Стою со своим тазиком, а мимо меня ребята «в чем мать родила» мыться бегут. Посмотрела на палатку медсанбата и смекнула расковырять себе лицо в кровь, чтобы не в баню было. В медсанбате мне раны обработали, и позднее в станице Горячий Ключ «старший сержант Евдоким» принял бой в составе 6-й десантной бригады».

После войны Е.М. Завалий находилась в резерве Центральной группы советских войск. Лечилась, однако из-за болезни не смогла дальше находиться на военной службе. Демобилизовалась в декабре 1946 года. Когда приехала навестить родных в Новый Буг, то по ночам приходилось слышать, как она кричала: «Взвод, слушай мою команду!». А утром просыпалась в слезах. Затем переехала в Киев. Окончила вечернюю школу № 16, курсы для работников торговли. А главное — встретила свою долгожданную любовь. Вместе с мужем воспитали сына и дочь, дождались внуков и правнуков. Почти четверть века Евдокия Николаевна проработала в системе советской государственной торговли, в частности была директором гастронома № 720 на Подоле. За трудовые достижения награждена орденом Октябрьской Революции (1976 год). С годами к двум боевым орденам военного времени (Отечественной войны I ст., Красного Знамени), добавились еще Отечественной войны II степени (1985 год) и Богдана Хмельницкого III степени (2009 год). Даже невозможно подсчитать, сколько за послевоенные годы Евдокия Николаевна провела встреч с молодежью в Украине и за ее пределами! Обычно у слушателей к этой отважной, героической женщине возникали довольно пикантные вопросы. Отвечала: «Мои автоматчики называли меня по-мужски: «Командир». Любовь закрутить — и нет взвода, и нет командира. Не дай Бог, чтобы кто-то увидел мои слезы! Я не имела права быть слабой… Выжить на войне можно, даже женщине. К человеческим потерям привыкнуть невозможно. Главное — не потерять памяти о прошлом, не предать ее».

Метки: